Глава 4: Руководство по эксплуатации Министра
Мир сошел с ума. Точнее, он стал еще более серьезным, что было равносильно сумасшествию.
Рапорт Циферкина произвел эффект разорвавшейся бомбы, начиненной канцелярскими скрепками. ГУВС перешел в режим повышенной готовности. Новостные ленты, которые раньше пестрели заголовками о стабилизации щебня, теперь кричали об угрозе из космоса.
«ЭКСПЕРТЫ ГУВС НЕ ИСКЛЮЧАЮТ, ЧТО ИНОПЛАНЕТНЫЕ БАБОЧКИ МОГУТ НАРУШИТЬ ИПОТЕЧНЫЙ БАЛАНС»
«КАК ОТЛИЧИТЬ ОБЫЧНОГО ГРАЖДАНИНА ОТ ЗАМАСКИРОВАННОГО ПОД ЧЕЛОВЕКА ИНСЕКТОИДА: ИНСТРУКЦИЯ»
«ПСИХОЛОГИ РЕКОМЕНДУЮТ ДУМАТЬ О КРЕДИТАХ, ЧТОБЫ ПРОТИВОСТОЯТЬ МЕНТАЛЬНОЙ АГРЕССИИ»
Циферкин сидел дома и смотрел на это с новым, опасным чувством. Раньше он бы гордился тем, какую серьезную работу спровоцировал его рапорт. Но теперь он видел лишь фарс. Дикторы с каменными лицами, эксперты в студии, которые с умным видом рассуждали о траектории полета бабочки, — все они были актерами в грандиозном театре абсурда. И он, Циферкин, только что написал для них новый акт.
Его не отпускала мысль о битом пикселе на портрете Наиглавнейшего Министра. Эта крошечная ошибка в системе казалась ему ключом ко всему. Используя свой новообретенный статус «ведущего специалиста по аномальной угрозе», он получил доступ к самому сердцу ГУВСа — центральному архиву. Сектор «Омега». Место, куда не пускали даже самых хмурых начальников.
Архив встретил его гулкой тишиной и запахом оцифрованной пыли. Он не знал, что ищет. Просто ввел в поисковую строку: «Наигла́внейший Министр Всео́бщей Серьёзности. Личное дело».
Система зажужжала. На экране появилась карточка. Фотография. Имя. Но вместо биографии — бесконечные строки «[ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ ПО ПРОТОКОЛУ ВАЖНОСТИ]». Тупик.
Но Циферкин уже научился мыслить не по протоколу. Он попробовал другой запрос: «Наигла́внейший Министр. Техническое обслуживание».
И архив ответил.
На экране открылся файл с названием «Руководство по эксплуатации». Циферкин замер. Перед ним были не факты из жизни лидера, а чертежи. Схемы электропитания. Графики потребления энергии. И модель: «Манекен-7, серия “Лидер Нации”».
Он листал дальше, и мир рушился с каждой перевернутой страницей. Он нашел отчеты о замене костюмов. График полировки воскового покрытия лица. А потом он наткнулся на журнал системных событий. Последняя запись была датирована двенадцатью годами ранее — днем, когда в прошлый раз сработала та самая сирена.
[2014-04-01 14:32] КАСКАДНЫЙ СБОЙ СИСТЕМЫ. ОБНАРУЖЕНА НЕСАНКЦИОНИРОВАННАЯ РАДОСТЬ. ПАДЕНИЕ ИНДЕКСА СЕРЬЕЗНОСТИ ДО 78%.
[2014-04-01 14:35] ПЕРЕЗАГРУЗКА ЦЕНТРАЛЬНОГО ПРОЦЕССОРА. ПАМЯТЬ О СОБЫТИИ СТЕРТА.
[2014-04-01 14:38] УСТАНОВКА ПРОШИВКИ "НЕПОКОЛЕБИМАЯ СЕРЬЕЗНОСТЬ 2.0". СИСТЕМА СТАБИЛИЗИРОВАНА.
Все встало на свои места. Министр был куклой. Правительство — алгоритмом. А весь их серьезный мир — гигантской компьютерной программой, написанной, чтобы подавлять… радость. Их бог был манекеном, а их библия — техническим мануалом.
Циферкин откинулся на стуле в гулкой тишине архива. Вся его жизнь, вся его карьера, все его убеждения оказались фарсом, ошибкой в коде. Он посмотрел на свое отражение в погасшем экране монитора.
И впервые в своей сознательной жизни он не стал бороться.
Уголки его губ дрогнули и поползли вверх. Лицо, привыкшее быть маской, треснуло. И сквозь трещины прорвалась самая запрещенная, самая опасная и самая подлинная из всех эмоций.
Гражданин Циферкин улыбнулся. Широко, искренне, разрушительно. Он был свободен.
Комментарии